Жадный аппетит Китая на лесоматериалы разжигает ненавесть в России и за ее пределами по версии The New York Times.

Бревна из России складываются за пределами Маньчжурии, китайского пограничного города, где древесина обрабатывается, а затем отправляется по всей стране и миру. Lam Yik Fei for The New York Times
Порекомендуйте статью вашим друзьям

После резкого ограничения лесозаготовок в своих собственных лесах Китай обратился к импорту, подавив даже страну с богатыми ресурсами: Россию.

От Алтайских гор до Тихоокеанского побережья лесозаготовки разоряют огромные леса России, оставляя после себя полосы рубцовой земли, усеянной умирающими пнями.

Для многих россиян виновник очевиден: Китай.

С тех пор, как два десятилетия назад Китай начал ограничивать коммерческие рубки в своих естественных лесах, он все чаще обращается к России, импортируя огромное количество древесины в 2017 году, чтобы удовлетворить ненасытный аппетит своих строительных компаний и производителей мебели.

«В Сибири люди понимают, что им нужны леса, чтобы выжить», – сказал Евгений Симонов, эколог, который изучал влияние коммерческих рубок на Дальнем Востоке России. «И они знают, что их леса сейчас крадут».

Россия также была сообразительным соучастником, продавая китайским компаниям право на регистрацию прав по низкой цене и, по словам критиков, закрывала глаза на то, чтобы вести лесозаготовки сверх того, что разрешено законом.

Спрос со стороны Китая также лишает леса в других местах – от Перу до Папуа-Новой Гвинеи, от Мозамбика до Мьянмы.

Более 120 компаний и фабрик открыли в Маньчжурии, чтобы извлечь выгоду из торговли древесиной, которая взлетела с тех пор, как Китай ограничил древесину в своих естественных лесах. Lam Yik Fei for The New York Times

На Соломоновых островах нынешние темпы лесозаготовок китайскими компаниями могут привести к истощению некогда нетронутых дождевых лесов страны к 2036 году, по данным экологической группы Global Witness. В Индонезии активисты предупреждают, что незаконная вырубка, связанная с компанией с китайскими партнерами, угрожает одной из последних цитаделей для орангутанов на острове Борнео.

Экологи говорят, что Китай просто перенес ущерб от необузданной вырубки из дома на родину, несмотря на то, что он приносит экономические выгоды. Некоторые предупреждают, что масштабы рубок сегодня могут истощить то, что остаются нетронутыми лесами, способствуя глобальному потеплению.

В то же время Китай защищает свои собственные леса.

Два десятилетия назад опасения по поводу оголенных гор, загрязненных рек и разрушительных наводнений вдоль реки Янцзы, усугубленных поврежденными водоразделами, побудили коммунистическое правительство начать ограничивать коммерческие рубки в лесах страны.

Однако спрос на древесину в стране не уменьшился. Не было и мирового спроса на фанеру и мебель, основные лесоматериалы, которые Китай производит и экспортирует.

Одно дело для китайского требования подавить малые, бедные страны, отчаянно нуждающиеся в наличных деньгах, но другое для него – истощить ресурсы гораздо более крупной страны, которая считает себя сверхдержавой и стратегическим партнером Китая.

Вместо этого торговля подчеркнула чрезмерное доверие России к природным ресурсам и вызвала негативную реакцию населения, что обостряет теплые отношения между двумя лидерами стран – Владимиром Путиным и Си Цзиньпином.

Протесты вспыхнули во многих городах. Члены верхней палаты парламента России нападают на чиновников за игнорирование экологического ущерба в Сибири и на Дальнем Востоке. Жители и экологи жалуются, что вырубка леса портит российские водоразделы и разрушает среду обитания исчезающего сибирского тигра и амурского леопарда.

«То, что мы делаем сейчас в Сибири и на Дальнем Востоке, разрушает то, что осталось от первоначальных нетронутых лесных ландшафтов», – сказал Николай Михайлович Шматков, директор программы лесного хозяйства Всемирного фонда дикой природы в России. Группа задокументировала уничтожение с использованием спутниковых снимков за период, который совпадает с китайским бумом лесозаготовок в стране.

«Это не контролируется», – сказал он.

Площадь Матрешки в Маньчжурии, названная в честь русских матрешек. На площади находятся сотни негабаритных кукол, называемых на китайском языке таова, в том числе 17-этажный отель, центр, который претендует на звание крупнейшего в мире. Lam Yik Fei for The New York Times

Потрясающие экономические преобразования Китая за последние четыре десятилетия стимулировали его спрос. Сейчас это крупнейший в мире импортер древесины. (Соединенные Штаты занимают второе место.) Они также являются крупнейшим экспортером – превращая большую часть импортируемой древесины в продукцию, направляющуюся в домашние склады и Ikeas по всему миру.

Общая стоимость импорта лесоматериалов из Китая – необработанные бревна, древесина или древесная масса – увеличилась более чем в 10 раз с тех пор, как Китай начал ограничивать лесозаготовки в домашних условиях в 1998 году, достигнув 23 миллиардов долларов в 2017 году, самого высокого показателя за всю историю, согласно Глобальному торговому атласу IHS Markit.

Правительство распространило региональный запрет на остальную часть страны в конце 2016 года. Теперь оно позволяет вести коммерческую вырубку только в тех лесах, которые были повторно посажены, – политика, по мнению экологов, должна подражать другим странам.

Проблема в том, что многие этого не сделали, и китайские компании воспользовались этими возможностями.

Сейчас в России работает более 500 компаний, часто с российскими партнерами, согласно отчету Виты Спивак, ученого по Китаю для Московского Центра Карнеги. Россия когда-то почти не поставляла дрова в Китай; в настоящее время на него приходится более 20 процентов импорта Китая в стоимостном выражении.

«Если придут китайцы, ничего не останется», – заявила телеканалуМарина Волобуева, жительница Заменского района к югу от озера Байкал, после того как китайская компания получила 49-летнюю аренду для входа в этот район.

По словам г-на Шматкова из Всемирного фонда дикой природы, Россия продает такие концессии на лесозаготовки по ценам, которые варьируются в зависимости от региона и типа древесины, но в среднем они стоят примерно 2 доллара с гектара или 80 центов с акра в год. Это намного ниже стоимости в других странах.

В 2017 году Китай импортировал из России около 200 миллионов кубометров древесины.

Артем Лукин, профессор международных исследований Дальневосточного федерального университета во Владивостоке, отметил, что коррупция в правительстве, преступность и отсутствие экономического развития в Сибири и на Дальнем Востоке также усугубили кризис.

«Во многих сельских районах российского Дальнего Востока и Сибири мало других способов заработать деньги или заработать на жизнь, чем добыча природных ресурсов из огромных окружающих лесов», – сказал он.

Пограничный переход в Маньчжурии, отмеченный двумя арками и разделенный на китайской стороне зеленым проволочным забором, простирающимся на сотни миль. Китайская сторона – это парк, который закрыт для иностранцев. Пересечение стало крупнейшим в Китае портом, не имеющим выхода к морю, для товаров, включая древесину, уголь и нефтепродукты. Lam Yik Fei for The New York Times

Для Китая, однако, торговля была благом.

Большая часть древесины из России пересекает границу в Маньчжурии, бывшем кочевом поселении, которое стало соединением в Транссибирской магистрали на рубеже 20-го века. Торговля превратила то, что когда-то было сонным пограничным городом, в один из главных центров Китая по переработке и производству древесины.

За последние два десятилетия возникло более 120 заводов и фабрик. Они перерабатывают необработанные или черновые пиломатериалы в фанеру, а также производят фанерные панели, клееную древесину, двери, оконные рамы и мебель.

По словам муниципального чиновника, фабрики занимают десятки акров на окраине города и создали более 10 000 рабочих мест в городе с населением 300 000 человек.

Новое строительство сделало город архитектурным памятником русской культуре. Многие здания имеют такие особенности, как луковичные купола. Есть даже копия собора Василия Блаженного, который является детским научным музеем, и гостиница в форме, которую, как утверждают чиновники, является самой большой в мире матрешкой.

Карьера Чжу Сюхуа пошла в гору  в торговле с Россией.

Сейчас 50-летняя Чжу переехала в Маньчжурию, когда Китай начал ограничивать лесозаготовки. Она начала брокерскую деятельность по импорту из России, затем в 2002 году начала искать права на заготовку российских лесов напрямую. Четыре года спустя она основала компанию, которой она владеет сегодня, Inner Mongolia Kaisheng Group, одну из крупнейших в городе.

В настоящее время г-жа Чжу курирует три фабрики в Маньчжурии, а также концессии на заготовку 1,8 млн акров российских лесов возле Братска, города, расположенного рядом с озером Байкал, и их транспортировку в Китай. «Мы растем с каждым годом», – сказала она.

Когда ее настаивали, она отказалась подробно обсуждать свои уступки, но, согласно веб-сайту компании, она инвестировала в Россию 20 миллионов долларов к 2015 году. Официальное китайское информационное агентство Синьхуа оценило активы конгломерата в 150 миллионов долларов в 2017 году.

По мнению г-жи Чжу, торговля является классическим случаем удовлетворения спроса. Она описала это, возможно, слишком уверенно, как устойчивый.

Следующим шагом будет поиск новых предложений на запад. «Красноярск», – сказала она, используя сначала мандаринскую версию названия, прежде чем произносить его на русском языке. «Вы не могли записать все это за 100 лет», – сказала она.

Чжу Сюхуа построил конгломерат компаний, базирующихся в Маньчжурии, которые регистрируют, транспортируют и обрабатывают древесину из России. Lam Yik Fei for The New York Times

Существуют международные протоколы, которые стремятся контролировать, где и какие виды деревьев вырублены, и США расширили Закон Лейси в 2008 году, чтобы запретить импорт древесины, полученной незаконно где-либо, но такие правила трудно применять.

В некоторых странах, например в Соединенных Штатах и ​​Канаде, заготовка леса строго контролируется, но китайские компании часто используют слабый контроль в других местах и ​​регистрируют защищенные леса, считают чиновники и защитники окружающей среды.

В России вырубка леса обычно затрагивает районы за пределами выделенных границ, и компании, экспортирующие древесину в Китай, как известно, подделывают записи.

Лесозаготовки без контрактов также распространены, в то время как поджигатели подозреваются в поджоге лесов, поскольку выжженные деревья могут быть законно выбракованы и проданы.

В 2016 году министерство юстиции США обвинило Lumber Liquidators в незаконном импорте паркета из твердых пород дерева, который в основном производился в Китае с использованием древесины, незаконно заготовленной на Дальнем Востоке России .

Обвинения в коррупции вызвали гнев общественности в России. Вопрос о масштабах незаконных рубок вызвал резкий ответ г-на Путина на его ежегодной пресс-конференции в декабре. Он назвал лесную отрасль России «очень коррумпированным сектором».

Бум торговли с Россией преобразовал Маньчжурию, которая когда-то была сонный пограничный город. У большей части архитектуры есть русские особенности, в то время как многие магазины и рестораны рекламируют на обоих языках, угождая туристам и торговцам. Чжу Сюхуа построил конгломерат компаний, базирующихся в Маньчжурии, которые регистрируют, транспортируют и обрабатывают древесину из России. Lam Yik Fei for The New York Times

Протесты против лесозаготовок – и, в частности, лесозаготовок в Китае – разразились в Сибири и на Дальнем Востоке России. Они разжигали межэтническую напряженность вдоль границы, которая простирается на 2600 миль между русскими и китайцами, у которых долгое время были взаимные подозрения, сформированные политическими и культурными различиями.

Один протест в мае прошлого года в Улан-Удэ, региональной столице у озера Байкал, привел к дракам с полицией и восьми арестам. «Остановите варварскую вырубку лесов», – объявил знак.

Этот вопрос стал настолько политически нестабильным, что в январе глава российской лесной службы Иван Валентик столкнулся с острым вопросом в верхней палате парламента, которая обычно не бросает прямой вызов правительству Путина.

Он защищал уступки, но также стремился переложить вину на китайские компании за то, что они не выполнили свои контракты – например, путем пересадки лесов. Он предположил, что Россия может быть вынуждена прекратить прямые продажи древесины в Китай.

В Китае Государственная администрация лесного и пастбищного угодий не ответила на письменные вопросы. Чиновники ранее обещали, что китайские компании будут придерживаться местных законов и учитывать воздействие на окружающую среду.

Первоначально г-жа Чжу сказала, что она не беспокоится о протестах внутри России, поскольку все, что делала ее компания, делалось в соответствии с российским законодательством. Однако после последнего раунда публичных слушаний в Москве она звучала менее оптимистично.

«Россия сейчас меняется», – сказала она по телефону, а затем отказалась отвечать на любые другие вопросы.

Steven Lee Myers April 9, 2019

Источник: Сайт The New York Times оригинал https://www.nytimes.com/2019/04/09/world/asia/chinas-voracious-appetite-for-timber-stokes-fury-in-russia-and-beyond.html

2.  Отправляйте нам свой материал (статью, репортаж, фото, видео, аудио и т.д.)  через  раздел на нашем сайте – «ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ»  http://01portal.com/?page_id=190


Порекомендуйте статью вашим друзьям