Главная беда России пропитала практически все структуры административной и хозяйственной жизни Адыгеи

Порекомендуйте статью вашим друзьям

Этот факт констатировали силовики Адыгеи на своем закрытом координационном совещании еще в 2007 году. Однако сейчас, спустя 8 лет, приходится признавать, что, несмотря на бодрые отчеты правоохранителей и исполнительной власти республики о достигнутых успехах, особо похвастаться им нечем.

При этом Всероссийский центр изучения общественного мнения (ВЦИОМ)  отметил в октябре, что в этом году россияне впервые за последние 10 лет заметили результаты антикоррупционной деятельности. Около 48% опрошенных отметили положительные тенденции в вопросах борьбы с коррупцией, а индекс борьбы перешел в область положительных значений. Тем не менее, около 6% россиян стали отзываться о действующей власти хуже, а 64% не изменили своего отношения. Более того, 39% россиян считают, что в их регионе может произойти случай, подобный произошедшему в Республике Коми. По моему мнению, весьма высока вероятность того, что исполнительная власть в Адыгее вдруг окажется такой же ОПГ, как и команда Вячеслава Гайзера.

Количество тех, кто считает, что «коррупция только усиливается», выросло с начала 2015 года с 12% до 13%. А в общероссийском рейтинге государственных структур, подверженных коррупции, первую строчку в этом году уверенно заняла ГИБДД. В тройку лидеров также вошли полиция (без дорожно-патрульной службы) и медицина.

А что происходит у нас, в Адыгее, на «ниве» борьбы с коррупционерами?

Органы прокуратуры и правоохранительные органы республики отмечают постоянный рост выявленных правонарушений в этой сфере. По мнению Прокуратуры РА, наиболее подверженной коррупции оказалась сфера бюджетного законодательства, а также сфера исполнительного производства. В первом полугодии 2015 года полицией было выявлено 37 преступлений коррупционной направленности, совершенных в составе организованных преступных групп. За тот же период прошлого года таких случаев вообще не было.

Однако анализ криминальной статистики позволяет задать республиканским борцам с коррупцией ряд вопросов, на которые хотелось бы получить ответы. Так, в 2014 году в Адыгее было выявлено 2125 нарушений законодательства в области коррупции. При этом, судя по информации СМИ, преступлений коррупционного характера было выявлено 122, к административной ответственности привлечено 73 лица, а к дисциплинарной – 575 лиц. Но в совокупности это составляет всего лишь 36% от всего объема коррупционных проявлений! Какова же судьба остальных 64% выявленных правонарушений? Они не подтвердились или же были реализованы силовиками иными, вне области права, способами?

На координационном совещании руководителей правоохранительных органов Адыгеи в декабре 2011 года исполняющий обязанности прокурора республики Сергей Губин сообщил, что должностные преступления коррупционного характера в Адыгее составляют более половины от всех уголовных дел указанной категории в двух федеральных округах – Южном и Северокавказском. На 66% увеличилось количество выявленных фактов взяточничества. При этом руководитель республиканской прокуратуры отмечал слабую работу правоохранительных органов, ориентированных в основном на бытовую коррупцию, т.е. на мелкое взяточничество при решении гражданами житейских проблем в общении с чиновниками разных уровней и служб. А вот преступлений, совершаемых высокопоставленными должностными лицами и поэтому представляющих собой повышенную общественную опасность, выявляется и, тем более, пресекается крайне мало.

Таким оказался итог борьбы с коррупцией после первого срока правления Президента Республики Адыгея Аслана Тхакушинова. А вот будут ли озвучены результаты антикоррупционной деятельности в Адыгее после завершения второго срока руководства республикой представителями уляпского клана – большой вопрос. Хотя, наверное, официально прозвучат лишь победные реляции. Ведь предстоят выборы нового Главы республики, поэтому действующему премьеру Мурату Кумпилову не нужны упоминания о неудачах в борьбе с расхищением бюджета и чиновничьим мздоимством. Не тот момент, как говорится!

Особую тревогу вызывает крайне малый объем возвращенных государству похищенных преступным путем бюджетных средств, т.е. материальная реализация борьбы с коррупцией. Ведь главным в этой деятельности правоохранительных органов является всё-таки не число «посадок» и увольнений нечистых на руку чиновников, а возмещенный государству вред от их незаконных действий. Но при росте объема материального ущерба от совершенных преступлений коррупционной направленности в Адыгее в 2012 году по сравнению с предыдущим, удельный вес возмещенного ущерба оставался тем же – 11%. А по итогам неполного 2015 года возвращение государству установленного уголовными делами сильно возросшего материального ущерба стало лишь чуть больше, достигнув 15%. Следовательно, более 80% украденных у государства средств так и не были возвращены. Вот самый реальный и, к сожалению, печальный итог борьбы с коррупцией в Адыгее!

Чтобы не быть голословным, приведу ряд примеров, так сказать, с «двойным дном», антикоррупционной активности в Адыгее.

К сожалению, я не нашел в открытых источниках свежей финансовой отчетности, поэтому в области здравоохранения воспользуюсь примером из 2012 года. Думаю, не сильно погрешу против истины, если выскажу предположение о сохранении тенденции и в последние годы. По состоянию на сентябрь 2012 года плановые работы велись только на 28 объектах в 8 медицинских учреждениях, что составляло 58,3% от запланированного объема. Из-за длительного размещения заказов на капитальный ремонт и покупку оборудования в 11 лечебно-профилактических учреждениях работы были начаты с опозданием. Что это значит? Реально освоить объем выделенных бюджетных средств в конце года не получается, значит, неизбежно возникает необходимость в приписках и необоснованном объемом реально выполненных работ получении бюджетных средств по мошенническим схемам. А будут ли потом подрядчики исправлять свои недоделки – большой вопрос. Ведь средства уже получены и часть их в виде «откатов» и просто взяток потерялась в «коридорах власти».

Наглядным примером является история с известным в Адыгее предпринимателем-строителем Муратом Куваевым. Он обвинялся в мошенничестве в особо крупном размере с использованием заведомо подложных документов при выполнении муниципального контракта г. Майкопа на работы по реконструкции городских очистных сооружений. Уголовное дело против него было возбуждено в феврале 2013 года, по итогам прошедшего финансово-хозяйственного года и фактическим результатам строительных работ. Самый гуманный Майкопский суд присудил Куваеву три года условного наказания с аналогичным испытательным сроком, а также обязал предпринимателя возместить заказчику реконструкции очистных сооружений 17 млн. рублей, на которые подорожал проект. Наверное, что-то было возмещено, хотя на готовности самих очистных сооружений г. Майкопа это никак не сказалось. Как лились в реку Белую фекальные сточные воды практически без очистки, так и льются по сей день. При этом я что-то не слышал о возбуждении уголовных дел в отношении тех, кто подписывал акты приемки заведомо не выполненных работ со стороны заказчика, т.е. муниципальных служащих. Хотя Куваев и не скрывал их соучастия в мошенничестве с бюджетными деньгами.

Пострадал только тогдашний глава Майкопа Михаил Черниченко. Под угрозой «пристегивания» к делу Куваева мэра вынудили «добровольно» уступить свою должность Александру Наролину, персону которого продвигал премьер-министр Адыгеи Мурат Кумпилов. А чего ж не продвигать своего земляка, сослуживца по фискальным органам и, говорят, даже родственника по семейным узам? Всё в рамках кланово-плановой экономики! Александр Наролин – фигура неоднозначная. На мой взгляд, он слабый управленец и хозяйственник, но, наверное, что-то хорошее в нем Кумпилов все же нашел.

В 2013 году СМИ еще раз напомнили об эпизоде из фискальной службы Наролина в должности руководителя межрайонной налоговой инспекции по Теучежскому и Тахтамукайскому районам (МИФНС № 3). Сама история началась чуть ранее, в 2005-2006 годах, когда Кумпилов и Наролин еще трудились МИФНС № 1. Тогда в МИФНС № 3 были зарегистрированы две фирмы – ООО «Юг-Агро» и «Сталкер», а в МИФНС № 1 – ООО «Экологическая лаборатория». Уж не знаю, кто учреждал первые две фирмы, но среди учредителей «Экологической лаборатории» числился Аслан Тхакушинов, выдвинутый в том же 2006 году на должность Президента Республики Адыгея. И вот совпадение, в этот период между новоиспеченными обществами с ограниченной ответственностью, ничего еще не сделавшими полезного на хозяйственном поприще, завязались интенсивные финансовые отношения. ООО «Юг-Агро» и «Сталкер» незаконно получили из федерального бюджета 29 млн. руб. в качестве компенсации якобы уплаченного ранее налога на добавленную стоимость, а потом зачем-то перегнали часть этих денег (не менее 7 млн. руб.) на счет ООО «Экологическая лаборатория». Когда эта афера вскрылась, то в период 2007-2010 года, согласно никем не оспоренной информации СМИ, в адрес руководителя МИФНС № 3 (Александра Наролина с 2008 года) неоднократно направлялись запросы правоохранительных органов о представлении документов по финансово-хозяйственной деятельности ООО «Юг-Агро». Последний из запросов был направлен за № 37/3579 от 22.04.2010 г. (получен в МИФНС № 3 23.04.2010 г., вх. № 03653). Александром Наролиным принимается решение об уничтожении истребованных запросом материалов и составляется акт об уничтожении от 17.05.2010 г. После чего в МВД РА направляется ответ о невозможности предоставления документов в связи с их уничтожением. С учетом изложенного, в отношении Александра Наролина начинается доследственная проверка наличия в его действиях состава преступления, предусмотренного ст. 286 УК РФ «Превышение должностных полномочий», которая, как можно догадаться, закончилась полным оправданием высокопоставленного фискала.

Ради справедливости следует отметить, что у отодвинутого от муниципальной кормушки Михаила Черниченко грехов тоже хватало. Но при нем, по крайней мере, было больше порядка. В отличие от Наролина, Черниченко держал управление Майкопом в надежных руках, хотя и не чуждался нарушать закон. Можно напомнить об уголовном деле 2008 года, когда тогдашнего мэра Майкопа обвинили в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 285 УК РФ (злоупотребление должностными полномочиями). Михаил Черниченко, по версии следствия, способствовал укреплению своего семейного бизнеса, препятствуя работе конкурирующей аптечной сети ООО «Юнона-Фарма» из Краснодарского края. Согласитесь, что у главы города для этого достаточно возможностей. Но что-то у следователей тогда «не срослось». И город не потерял своего главу, который верой и правдой прослужил до февраля 2013 года, не устояв лишь, как в сказке о колобке, перед выходцем из Уляпа. В качестве утешительного приза Черниченко был назначен советником Главы республики. Видимо, советовать Аслану Китовичу, как эффективнее бороться в Адыгее с коррупцией.

Таким образом, прав оказался в 2011 году и.о. прокурора Адыгеи, когда указывал на низкую выявляемость коррупционных преступлений, совершаемых высокопоставленными чиновниками Республики Адыгея. Приведу напоследок еще один пример подобного «бессилия» силовиков.

До сегодняшнего дня не закончена реконструкция Шапсугского водохранилища, давно уже превратившаяся в «черную финансовую дыру» для федерального бюджета. Вот уж пылесос так пылесос, не чета некоторым «пылесосам»! Строительство должно было завершиться еще в 2013 году, но теперь сроки перенесли на 2016 год. Надо же республиканским властям хоть чем-то полезным для республики и ее жителей отчитаться перед наступающими выборами в новый состав исполнительной и законодательной власти Адыгеи. Не мостом-призраком или б/у газовыми трубами в Майкопском водопроводе отчитываться, в самом деле?

Следственные органы в 2010 году возбудили уголовное дело по ч. 4 ст. 159 УК РФ (мошенничество в особо крупном размере) в отношении должностных лиц ОАО «Зарубежводстрой» и ФГУ «Управление «Адыгеямелиоводхоз» — подрядчика и заказчика по проекту реконструкции Шапсугского водохранилища. Примечательно, что завышение стоимости и объемов ранее выполненных и принятых работ на 53,4 млн. руб. выявила в ходе ревизии 2009 года территориальная служба Росфиннадзора, однако информацию о нарушениях в правоохранительные органы не направила. Правоохранительные органы узнали об этом преступлении лишь год спустя, в ходе сверки Прокуратурой Адыгеи материалов проверок Управления Росфиннадзора по Краснодарскому краю и Республике Адыгея. Однако в отношении должностных лиц Росфиннадзора никаких уголовных дел почему-то не возбуждалось, хотя налицо сокрытие преступления. И наверняка не бескорыстно. «По указанным прокуратурой Адыгеи обстоятельствам в управлении была проведена служебная проверка, фактов умышленного сокрытия материалов ревизии по Шапсугскому водохранилищу не установлено. Виновные были привлечены к дисциплинарной ответственности», — сообщила журналистам «Коммерсанта» руководитель управления Росфиннадзора Лариса Мудрова.

А в 2013 году заказчик реконструкции Шапсугского водохранилища – ФГУ «Адыгеямелиоводхоз» подал иск к московскому подрядчику ОАО «Зарубежводстрой» на 103 млн. рублей. Представители истца ссылаются уже на новую, 2010 года, проверку Росфиннадзора. При этом в открытом доступе полностью отсутствует информация о результатах возбужденного еще в 2010 году уголовного дела по мошенничеству. И ОАО «Зарубежводстрой», и ФГУ «Управление «Адыгеямелиоводхоз» успешно продолжают свою деятельность по «освоению» бюджетных средств, как и раньше. Похоже, все мошенники, как и проверяющие из Росфиннадзора, отделались дисциплинарными взысканиями.

А ОАО «Зарубежводстрой», к тому же, умудрилось в ноябре 2011 года (уже на фоне возбужденного в Адыгее уголовном деле) выиграть тендер стоимостью 546 миллионов рублей, организованный муниципальным учреждением «Управление строительства» Новороссийска по модернизации плотины и строительству водоотвода Неберджаевского водохранилища.

В заключение задам ряд риторических вопросов.

Могут ли пропитанные коррупцией государственной структуры всех уровней бороться с коррупцией, в том числе и в своих рядах?

Можно ли достигнуть каких-то реальных результатов в этой борьбе, исключив из нее реальное гражданское общество?

Могут ли справедливо судить коррупционные дела наши суды, если уровень коррупции в них, по данным исследования всероссийской антикоррупционной общественной приёмной «Чистые руки», достигает 61,25%?

Ведь это же какое-то членовредительство получается!

Валерий Бриних


Порекомендуйте статью вашим друзьям