Кто выбирает главу Адыгеи: политический портрет республиканского парламента

Как известно, в воскресенье 10 сентября Государственный Совет – Хасэ Республики Адыгея будет выбирать нового главу республики. Состав тройки претендентов таков, что выбор предопределен. Да и кто бы сомневался?! Поправьте, если ошибаюсь, но в истории современной России это был, наверное, первый случай, когда уходящий на покой глава субъекта РФ привозил на «смотрины» Путину своего родственника в качестве преемника. И, надо отметить, не был немедленно выставлен вместе с этим родственником за дверь. Наверное, это было воспринято «ходоками» из Адыгеи как благоприятный знак.

Всё началось с того, что в марте прошлого года, уже на последнем издыхании, депутатский корпус республиканского парламента 5-го созыва почти единодушно (50 голосов из 54) проголосовал за отмену прямых выборов главы республики, приняв специальный закон и внеся соответствующие изменения в Конституцию Республики Адыгея. Отказывая жителям Адыгеи в непосредственном участии в выборах руководителя региона, «народные» избранники формально мотивировали свое решение удешевлением самого выборного процесса. Мол, затрат будет меньше. Однако никто не отменял другой закон, выработанный житейской практикой: не всё дешевое оказывается лучшим.

Так что выборы депутатов Государственного Совета – Хасэ Республики Адыгея 6-го созыва в 2016 году уже проходили с пониманием того, что главу Адыгеи будет выбирать не народ, а новый парламент. Поэтому и требования к отбору победителей были жестче, чем обычно. Игра пошла ва-банк, в буквальном смысле – пан или пропал! Был задействован весь административный ресурс, выборы проходили в удушающей атмосфере беспредела действующей исполнительной власти и регионального отделения партии «Единая Россия». Руками своих же функционеров партии «Родина» сделали все необходимое, чтобы ЦИК Адыгеи вынуждена была снять с выборов региональный список кандидатов в депутаты от этой оппозиционной партии, имевшей неплохие шансы взять несколько мест в парламенте. Наглядная агитация всех кандидатов и партий, кроме «Единой России» и ЛДПР, уничтожалась в первые же часы, если не минуты, после ее размещения. Результаты голосования на участках искажались, вплоть до полного «обнуления» результатов по тем кандидатам и партиям, которые не входили в число так называемых парламентских («Единая Россия», КПРФ, «Справедливая Россия» и ЛДПР). Последние же получили свои доли голосов согласно заранее определенных в Москве квот. Так, в настоящее время в Государственном Совете – Хасэ Республики Адыгея числятся 38 депутатов фракции от «Единой России», по 4 – от КПРФ и ЛДПР, 2 – от «Справедливой России». Еще двоих депутатов должны довыбрать 10 сентября этого года. Можно не сомневаться, что, как минимум, один из двоих будет «единороссом». Таким образом, депутаты от «Единой России» составляют 80% депутатского корпуса республиканского парламента, от КПРФ и ЛДПР – по 8%, от «Справедливой России» – 4%. А теперь сравним эти соотношения с распределением депутатских мандатов в Государственной Думе Российской Федерации. Там депутаты от «Единой России» занимают 76% мест, от КПРФ – 9,5%, от ЛДПР – 8,7%, от «Справедливой России» — 5,8%. Вне указанных фракций участвуют 2 депутата, в том числе 1 – от партии «Родина», которую в Адыгее благополучно «слили». Не правда ли, очень схожие результаты? Как по одним и тем же лекалам!

Состав депутатов к выборам 2017 года основательно почистили, убрав всех тех, в ком были хотя бы малейшие сомнения. Осталось только 5 человек, кто был депутатом более 3-х созывов, и 9 депутатов последних 3-х созывов. Из них только 2 депутата от фракции КПРФ (Адам Богус и Евгений Салов), все прочие – «единороссы». Остальные 34 депутата из 48 – это те, кто избирался в  последние два срока Аслана Тхакушинова, под бдительным надзором его команды. Да они, собственно говоря, в его команду и входят.

Понятно, что выражают они волю не народа, а своих истинных хозяев, обеспечивших им депутатство. Так, заветные мандаты получили явно непроходные «единороссы» Сергей Белокрыс (избирательный округ № 16) и Рустам Калашаов (избирательный округ № 21). Ведь на предвыборном праймериз своей партии они оба заняли почетные третьи места в своих округах с соответственно чуть больше 7% и 27% голосов избирателей. Еще больше малопроходных пешек прошло в дамки по партийному списку «Единой России».

Вряд ли все они вправе называться народными избранниками. Хотя бы потому, что не всех депутатов 6-го созыва выбирал народ в единый день голосования. Так, из победного списка партии «Единая Россия» вскоре по разным причинам выбыли 7 избранных депутатов, а их мандаты автоматически получили 5 депутатов из партийного списка (Юрий Горохов, Евгения Дьячкова, Зураб Зехов, Азамат Мамхегов и Мурат Шхалахов). Еще двое будут выбраны 10 сентября этого года по одномандатным округам. В победном списке ЛДПР числились лидер партии Владимир Жириновский и лидер регионального отделения Денис Огиенко, которые в парламент Адыгеи не пошли. С Жириновским всё понятно, а вот Денис Огиенко является помощником депутата Государственной Думы РФ. А там всё по-взрослому и бутербродами с икрой кормят. Вместо этих двух лидеров ЛДПР депутатами Хасэ, технично обойдя волю избирателей, стали Валентина Чугунова и Тембот Шовгенов.

Интересно сравнить, сколько голосов избирателей «стоят» мажоритарные депутатские мандаты в городских и районных муниципальных образованиях республики. Так, Майкоп разделен на 9 избирательных округов, где в общем проживают 132890 избирателей. Средняя цена одного мажоритарного мандата – 14776 потенциальных голосов. В Майкопском районе в 3-х округах проживает 46111 избирателей, поэтому мандат стоит там чуть дороже – 15370 голосов. В Теучежском районе цена единственного мажоритарного мандата – 13549 голосов. В Тахтамукайском районе проживает 51840 избирателей, поэтому там 4 мажоритарных мандата стоят в среднем по 12960 голосов. В Гиагинском районе мандаты чуть дешевле – по 12563 голоса, а в соседнем Шовгеновском районе – 12482 голоса. В Адыгейске единственный мажоритарный мандат стоит 12029 голосов, а в Кошехабльском районе два мандата – по 11407 голосов. Самые дешевые мажоритарные мандаты оказались в Красногвардейском районе – два по 11013 голосов. Но чужие на родине сладкой парочки Тхакушинов-Кумпилов не ходят, там выбирают только своих и только по советам старших по званию.

Не совсем корректно было распределение депутатских мандатов в целом (мажоритарных и по партийным спискам) в зависимости от числа избирателей в муниципальном образовании. Наибольшее количество электората живет в Майкопе (39% от общего числа избирателей Адыгеи), а далее по нисходящей: в Тахтамукайском районе – 15%, в Майкопском – 13,6%, в Гиагинском – 7,4%, в Кошехабльском – 7%, в Красногвардейском – 6,5%, в Теучежском – 4%, в Шовгеновском районе – 3,7%, в г. Адыгейске – 3,5%. В то же время депутаты из Майкопа представлены в Хасэ только 30% от общего количества мандатов, из Тахтамукайского района – 20%, из Майкопского – 14%, из Гиагинского – 6%, из Кошехабльского – 10%, из Красногвардейского – 8%, из Теучежского – 6%, из Шовгеновского района – 4%, из г. Адыгейск – 2%. Дисбаланс – налицо.

В составе Государственного Совета – Хасэ Республики Адыгея 6-го созыва только 8 депутатов (16,7% от общего числа) пришло из бюджетной сферы. 6 депутатов (12,5%) являются партийными функционерами. Остальные депутаты (более 70%) имеют собственный бизнес в различных отраслях экономики. Наибольшее их количество (21 депутат из 48) зарабатывает в строительстве, торговле, в т.ч. оптовой, а также оказывает коммерческие услуги. 4 депутата (8,3%) получают доходы в аграрном секторе, 3 депутата (6,3%) занимаются банковским делом и инвестированием, по два (по 4,2%) – соответственно гостиничным бизнесом и туризмом, лесозаготовками и недрами, промышленным производством. При этом присутствие  депутатов от КПРФ и «Справедливой России» заметно только среди партийных функционеров (4 из 6), а в остальных сферах деятельности явное преимущество имеют члены партии «Единая Россия».

Следует отметить, что в составе депутатского корпуса Хасэ 6-го созыва имеются два авторитетных предпринимателя с криминальным (по сведениям из СМИ) прошлым – «единоросс» Гисса Бастэ («Волоскевич») и беспартийный Адам Богус («Мазай») из фракции КПРФ. Еще несколько известных бизнесменов из «Единой России» имеют тесные связи с различного рода сомнительными фирмами и гражданами с криминальным прошлым. В частности, 9 депутатов (6 от «Единой России», 2 от ЛДПР и 1 от КПРФ) участвуют в строительном бизнесе на территории Тахтамукайского района, которым руководит Азмет Схаляхо, имеющий, как говорят знающие люди, прозвище «Бригадир». Заработал он его, по сведениям из СМИ, не на полях родного Тахтамукайского района, а «окучивая» со своей бригадой торговцев на рынках Краснодара в «лихие» 90-е годы. В этом же районе до недавнего времени трудился на ниве законности одиозный прокурор Мурат Тхакушинов, сын главы республики Аслана Тхакушинова. Близость Тахтамукайского района к Краснодару, гораздо более низкие, чем в Краснодаре, цены на землю и полный контроль «сросшихся» с государственными органами Адыгеи криминальных структур за «черным рынком» торговли земельными участками делают строительный бизнес в этом районе очень выгодным. Особенно, если не комплексовать по поводу законности тех или иных операций, не тратиться на очистные сооружения и не обращать внимания на весьма затратные природоохранные требования.

Вопросы возникают и при более тесном знакомстве с биографией руководителя фракции «Единая Россия» и председателя республиканского парламента Владимира Нарожного. У него имеются странные «белые пятна» в трудовой биографии с 1981 по 1991 годы, которые он почему-то не особо афиширует. Судя по случайным упоминаниям, в этот период он руководил различными сельскохозяйственными предприятиями. В настоящее время его имя связывают с рядом фирм, также занимающимися аграрным бизнесом на территории Адыгеи и Краснодарского края, имеющих разные наименования и юридические адреса, но при этом абсолютно одинаковые ОГРН и ИНН. В голову приходят навязчивые мысли о каких-то криминальных схемах отмывания денег. Наверное, начитался детективов.

Напоследок, в качестве последнего штриха к эскизу современного политического портрета Государственного Совета – Хасэ Республики Адыгея, хочу обратить внимание еще на один перекос, свидетельствующий о какой-то загнанной вглубь проблеме, если не хронической болезни, региональной власти в Адыгее. Речь идет о перекосах в кадровой политике в пользу так называемой титульной нации – адыгов. Это явление, которое я бы обозначил как «адыгизация» власти в республике, особенно явно проявило себя в период второго срока правления Аслана Тхакушинова и продолжает развиваться в настоящее время. Я связываю это не с какими-то внутренними межнациональными конфликтами двух великих народов – русского и адыгского, а исключительно с попытками конкретных представителей так называемого уляпского клана, руководящих республикой последний десяток лет, обеспечить бесконечно долго несменяемость своей власти. Делается это как путем лишения населения Адыгеи права избирать руководителей республики и местных органов власти на прямых выборах, так и посредством целенаправленной кадровой политики преимущественного обеспечения местами на государственной и муниципальной службе представителей титульной нации. Желательно, представителей своего клана и многочисленной родни. Коснулась чаша сия и республиканской законодательной власти. Если в республике соотношение между основными этносами примерно составляет около 63% для славянского населения, 25% — для адыгов, около 3,5% — для армян и около 8,5% — для остальных национальностей, то в Хасэ преобладают представители титульной нации в количестве 28 депутатов (58,33%), а славяне представлены  19 депутатами (39,58%). Также в парламенте есть один депутат-армянин и больше никого. Я не настаиваю на том, что надо вводить какие-то этнические квоты (Боже упаси, такие попытки достижения паритета мы уже проходили), а лишь обращаю внимание на данный явно неслучайный результат как неизбежный побочный эффект нечестных выборов.

Валерий Бриних, председатель Совета РО в Республике Адыгея

политической партии «Российская экологическая партия «Зеленые»

08.09.2017 г.