Дело Бриниха. Экспертиза, как злонамеренная ложь.

В России  уже как-то привыкли каждый Новый год именовать по восточному календарю:  Год собаки, петуха, обезьяны и т.д. А вот  в  Союзе славян Адыгеи  сложилась печальная традиция, каждому прошедшему году присваивать имя своего товарища, попавшего под пресс наших»правоохранителей». Уже были годы Юрия Канатова,  Владимира Каратаева, Александра Петина,  Олега Соколова, Василия Пурденко. А прошедший  2015-й  можно,  по праву,  назвать годом Валерия Бриниха.

Вступив в борьбу с руководством свинокомплекса Киево-Жураки, злостно нарушавшего законодательство об охране окружающей среды Валерий получил от надзорных органов и силовиков  не поддержку,  а активное противодействие.

В результате  — уголовное дело по ст. 282 УК РФ. Повод   стандартный — статья    «Молчание ягнят»,  которую судья Рамазанова, опираясь на весьма сомнительную экспертизу работника МВД Федяева,  признала экстремистской. Примечательно, что при наличии в действиях судьи  массы процессуальных нарушений,  отсутствия  в деле  независимой экспертизы статьи, без чего невозможно говорить об объективности решения, Верховный суд РА,   оставил   его  без изменений.

А далее — есть решение суда, есть и уголовное дело..

Утвержденное заместителем прокурора г. Майкопа обвинительное заключение уже передано в Майкопский городской суд.  Дата предварительных слушаний нам пока не известна.

Характерно то, что по итогам ознакомления с материалами уголовного дела  адвокат Бриниха подал три ходатайства, которые следователь Кустов отказался удовлетворить. В том числе, что явно противозаконно, о привлечении свидетелей защиты. Бриних подал в городскую прокуратуру жалобу на этот отказ следователя, однако утверждавший обвинительное заключение прокурор даже не стал эти жалобы рассматривать. Торопятся…

Напомним, что все обвинения против Валерия построены  на основании субъективного мнения одного человека  — сотрудника МВД, в компетентности которого нам довелось усомниться не однажды.

Для того, чтобы и Вы, уважаемые читатели, о чем речь, приведём здесь выдержки из отзыва доктора политических наук, депутата Государственной Думы 4-го созыва, президента фонда «Русский информационный центр»,  автора более 20 книг, и нескольких сотен статей  А.Н. Савельева  на   Справку об исследовании статьи «Молчание ягнят»,   подписанную С.М.Федяевым и его шефом С.В.Хайловым:

«…Изучение текста исследования С.М.Федяева склоняет к выводу о том, что эксперт не имеет представления о предмете, по которому взялся вынести своё суждение и обосновать его.

В исследовании указано, что Федяев является главным экспертом отдела фоноскопических экспертиз, что свидетельствует о том, что его основная специализация относится не к анализу печатных материалов, а к анализу аудиозаписей.

…эксперт Федяев не является независимым специалистом, действуя от лица некоего экспертного центра, находящегося в структуре МВД. …

Вопросы к эксперту приводятся в виде цитат из неизвестного документа – вероятно, из «задания» от подполковника ФСБ Полякова, чей статус в данном исследовании обозначен лишь должностным положением..

Вопросы к эксперту сводятся к выяснению, содержатся ли в статье «Молчание ягнят» «высказывания, в которых негативно оценивается человек или группа лиц по признакам пола, расы, языка, происхождения, отношения к религии, а также по принадлежности к какой-либо социальной группе?»; «высказывания, по смысловому содержанию способствующие унижению человеческого достоинства по признакам пола, расы, языка, происхождения, отношения к религии, а также по принадлежности к какой-либо социальной группе?»; «высказывания, содержащие побуждение к применению действий, связанных с насилием, совершаемых одной группой лиц (либо отдельными ее представителями) в отношении другой группы лиц (или отдельных ее представителей), объединенных по какому-либо признаку (национальному, религиозному, происхождения и т.п.?»

Поставленные перед экспертом вопросы требуют профессионального понимания вопросов пола, расы, языка, происхождения, религии, социальных групп. Квалификация эксперта может затрагивать разве что вопросы языка. Все остальные вопросы находятся вне пределов компетенции эксперта, что делает его исследование заведомо неквалифицированным,  а следовательно, и заведомо ложным. …

Лишь на 7-й странице девятистраничного документа эксперт переходит к «решению вопросов» — то есть, собственно к исследованию, которое занимает чуть более одной страницы и представляет собой тезисные утверждения, лишенные какой-либо доказательной базы. …

Вместо общего анализа текста эксперт Федяев приводит лишь «примеры» — выписки из текста, явно оторванные от контекстуальной основы. При этом морально-нравственный упрек автора по отношению к адыгейцам Федяев своей произвольной оценкой текста превращает в негативную оценку группы лиц. Автор статьи упрекает адыгейцев в трусости и отсутствии собственного достоинства, которые приводят их к готовности «дышать навозным духом и купаться в отравленных нечистотами прудах». Эксперт Федяев трактует этот фрагмент текста расширительно. Хотя из контекста статьи очевидно, что речь идет о конкретной ситуации и ограниченном круге лиц, которые могут иметь к ней отношение, Федяев определяет, что автор статьи под «адыгейцами» предполагает  здесь наличие национальной группы. В силу низкой квалификации эксперт Федяев не знает, что национальность именуется как «адыги», а под «адыгейцами» могут значиться жители республики Адыгея, причем, без какого-либо выделения по признаку национальности.  В данном случае речь идёт о гражданах – жителях Адыгеи, имеющих отношения к описанной  в статьи «Молчание ягнят» ситуации, связанной с конкретной экологической проблемой. Из контекста следует, что автор статьи не обобщает свои упреки на всех жителей Адыгеи, и обозначает их общим признаком – проживания на одной территории и ответственностью за отсутствие внимания к описанной в статье проблеме.

Эксперт Федяев подменяет смысл статьи. Сам упрёк в том, что граждане ведут себя как «ягнята», лишены собственного достоинства, побуждает этих граждан к активности, борьбе за свои права и активной жизненной позиции. Это настолько очевидно, что все экспертные потуги гражданина Федяева выглядят как  злонамеренная и грубая ложь, а вовсе не «лингвистическое исследование». Пожалуй, даже школьник правильно оценит статью, с точки зрения целей её автора.

Одну и ту же фразу из статьи «Молчание ягнят» Федяев определяет и как негативную характеристику «адыгейцев», и как унижение их человеческого достоинства. При этом никаких доказательств своей абсурдной трактовки Федяев не приводит, ограничиваясь констатацией.

Разрешив подобным образом два вопроса, поставленных перед ним, Федяев переходит к третьему вопросу, который разбирает прежним методом – находит фразу из текста и произвольно трактует её, не соотнося данную фразу ни с контекстом, ни с общей направленностью текста статьи. При этом он приходит к выводу, что в отобранной им фразе содержатся побуждения к «применению действий вероятно связанных с насилием». Слово «вероятно» в данном случае означает, что у эксперта нет оснований для однозначного ответа на вопрос, что он и должен был бы указать, предполагая иные трактовки отобранного им фрагмента текста. Но Федяев предпочитает видеть в данном случае призыв к насилию со стороны «адыгейцев» по отношению к некоей «группе» — «представителям местных органов государственной власти». Что таковой группы не существует, Федяева не заботит. Он даже не пытается доказать существование такой группы. Как и не замечает, что в использованном им сочетании смешиваются органы местного самоуправления и органы государственной власти.

Эксперт Федяев даже не пытается осмыслить и исследовать концовку фразы из статьи, которая резюмирует весь текст: «…Вольтер считал, что Бог помогает тем батальонам, которые лучше стреляют. Так когда начнем лучше стрелять, аульчане?»  Видимо, лингвист Федяев не обладает достаточной квалификацией, чтобы понять автора статьи и его высказывание. В данном случае ссылка на Вольтера следует за призывом не надеяться на Бога, а начать активно действовать самим. Слово «стрелять» у Вольтера отнесено к военному делу. Оборот автора статьи переносит это слово в сферу гражданской жизни, обозначая им необходимую активность граждан для разрешения стоящих перед ними проблем.  Попытка эксперта Федяева вне контекста оценивать слово «стрелять» выглядит злонамеренной нелепостью.

Кстати, здесь же автор статьи определяет и тех, к кому отражает свои призывы – аульчане (жители аула), «мои дорогие земляки» (выражение уважения). Этих слов эксперт Федяев не замечает, хотя при цитировании не мог их не заметить.

Выводы эксперта.

 Фактически в данном разделе эксперт Федяев с излишним повторами одних и тех же фраз переписывает предшествующую страницу, не сделав никаких дополнительных умозаключений, подводящих итог его «исследованию».

Выводы:

Анализ текста статьи «Молчание ягнят» экспертом Федяевым не проведен. Представленная «Справка» — это не экспертиза, а профанация исследовательской работы.  Фактически к «исследованию» относится лишь 1 страница текста из 9. Но в ней отсутствую какие-либо признаки применения научного подхода, приводятся лишь две фразы из статьи «Молчание ягнят»,  вырванные из контекста. По поводу этих фрагментов экспертом Федяевым высказаны совершенно необоснованные, произвольные суждения.

Таким образом, из «Справки…» за подписями Федяева и Хайлова следует лишь полное отсутствие способности указанных лиц анализировать текст статьи Валерия Бриниха и делать обоснованные выводы.  Безответственность, с которой Федяев и Хайлов подошли к поставленной перед ними задаче, требует, на мой взгляд, проведения служебной проверки по поводу их работ в целом и отстранения этих лиц от должностей  в силу очевидного служебного несоответствия.

А.Н.Савельев