Можно ли считать премьер-министра Адыгеи коррупционером?

Корру́пция (от лат. Corrumpere — растлевать, лат. Corruptio — подкуп, порча) — термин, обозначающий обычно использование должностным лицом своих властных полномочий и доверенных ему прав, а также связанных с этим официальным статусом авторитета, возможностей, связей в целях личной выгоды, противоречащее законодательству и моральным установкам (Материал из Википедии — свободной энциклопедии).

 

На днях я получил из Контрольно-счетной палаты Республики Адыгея письмо о том, что рассмотрение моего запроса о проверке законности выделения в 2014 году из республиканского бюджета 4,415 млн. руб. на строительство вольера в государственном охотничьем хозяйстве «Элота» планируется включить в План работы Контрольно-счетной палаты на 2016 год. Год назад этот вопрос республиканская Контрольно-счетная палата обещала включить в свой план работы на 2015 год. Судя по всему, и в октябре 2016 года ответ будет аналогичным. Почему я так считаю?

Ни для кого не секрет, что охотхозяйство «Элота» (полное название – государственное учреждение Республики Адыгея «Адыгейское государственное опытное охотничье хозяйство «Элота») является неофициальным правительственным охотничьим хозяйством, основными клиентами которого являются премьер-министр Адыгеи Мурат Кумпилов и чиновники из республиканского «Белого дома». Здесь же, на территории охотхозяйства, находится так называемая Берзеговская дача – загородная правительственная резиденция. Но Кумпилов предпочитает отдыхать не в резиденции, а на отдаленном егерском кордоне, в тесном кругу своих друзей и товарищей по общему увлечению. Таком же тесном, как и «группа товарищей», возглавляемая Муратом Кумпиловым в его широко известном марш-броске в Кавказский заповедник. Но об этом чуть позже.

Ничего плохого в том, что премьер-министр опекает республиканское охотхозяйство, нет. Он и должен заботиться о процветании республиканских учреждений и прочих объектов, финансируемых из бюджета Республики Адыгея. Проблема только в том, чтобы деньги шли на законные расходы субъектов бюджетной деятельности. А с этим как раз и возникают вопросы.

Суть дела в том, что еще с советских времен на территории охотхозяйства «Элота» существовал вольер для содержания диких кабанов и оленей, которых республиканские чиновники и просто богатые клиенты стреляли прямо в загородке. В народе этот вольер известен как «кабанарий». Со временем столбы сгнили, а сетка проржавела, поэтому потребовалось изгородь заменить. Вот на это благое дело и выделили в 2014 году почти 4,5 миллиона бюджетных рублей. Но, как свидетельствует народная мудрость, благими намерениями дорога в ад вымощена.

В результате проверки, проведенной Адыгейским республиканским отделением Всероссийского общества охраны природы, выяснилось, что охотхозяйство «Элота» до сих пор так и не удосужилось заключить с Управлением лесами Республики Адыгея договор аренды на участок лесного фонда, занимаемый вольером. Да и не собираются это делать, судя по всему, т.к. у обеих сторон несостоявшихся арендных отношений один начальник – премьер-министр Мурат Кумпилов. Потому и не видят республиканские чиновники никакого смысла в возне с «бумажками»! И не важно, что федеральный Лесной кодекс требует осуществлять деятельность на землях лесного фонда только на условиях аренды. А на территории так называемой «зеленой зоны» лесного фонда, где как раз и располагается злополучный вольер, деятельность в сфере охотничьего хозяйства вообще запрещена!  Республиканских чиновников это, видимо, не пугает. Ведь в Адыгее плевать хотели на закон, пока действуют «телефонное право» и распоряжения самого главного начальника. Бьют ведь, как говорится, не по паспорту, а по морде!

Наверное, поэтому судебная система Адыгеи последовательно отказывает мне в удовлетворении исковых требований к охотхозяйству «Элота» об устранении препятствий в осуществлении прав на свободное пребывание в лесах и запрете осуществления всех видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства на территории пригородной зеленой зоны земель лесного фонда Горбовского участкового лесничества подразделения «Майкопское лесничество» Управления лесами Республики Адыгея.

Сначала состоялось неправосудное, как я считаю, решение Майкопского городского суда от 29 декабря 2014 года, которым в удовлетворении моих (как жителя Майкопа) исковых требований было отказано. Потом, 13 марта 2015 года, апелляционная инстанция Верховного суда Республики Адыгея оставила решение Майкопского городского суда без изменений. А совсем недавно, 1 октября, судья кассационной инстанции Верховного суда Республики Адыгея вообще отказал в передаче моей кассационной жалобы на рассмотрение в суде, посчитав несущественными такие судебные ошибки (ошибки ли?) как игнорирование требований федерального лесного законодательства об обязательности арендных или иных договорных отношений при осуществлении любой деятельности в лесном фонде, о запрете ведения охотничьего хозяйства на территориях зеленых зон, а также о соблюдении права граждан на свободное пребывание в лесах. Я, конечно, и дальше буду продолжать требовать от Верховного суда Адыгеи признать и исправить допущенные в Майкопском городском суде «ошибки», но, скорее всего, придется еще и в Москве судиться. Но это не пугает, т.к. мне уже приходилось десять лет назад в Верховном Суде РФ отменять все решения судов Адыгеи, поддержавших Правительство Адыгеи в его желании отобрать Лагонаки у Кавказского заповедника.

Те самые Лагонаки, по которым новоиспеченный премьер-министр Адыгеи Мурат Кумпилов в пестрой компании из родственников, друзей  и 14-ти лошадей в июле 2009 года решил прогуляться, как в известной сказке гулял как бы по своим угодьям маркиз Карабас. Правда, никто на заповедных землях не кричал ему, что это земли маркиза Карабаса (пардон, премьера Кумпилова). Наоборот, государственные инспектора Кавказского заповедника попытались тормознуть правительственный караван на КПП в районе Азишского перевала. Но силы были слишком неравны и под угрозами увольнения и прочего насилия инспектора отступили. Караван во главе с Кумпиловым победным маршем направился к горе Фишт. А в Сочи по рации полетела депеша о прорыве на территорию заповедника группы высоких адыгейских чинов с нарезным охотничьим оружием. Естественно, без всяких пропусков и с неясными, но однозначно противоправными намерениями.

Понятно, что у подножия горы Фишт высокую правительственную делегацию Адыгеи приняли. Правда, не с хлебом-солью, а с ОМОНом и автоматами, срочно доставленными из Сочи на вертолете. Пока Мурат Кумпилов со своим другом, бывшим криминальным авторитетом по кличке «Голова», Шамилем Туркавом прятались где-то по кустам, на остальных нарушителей заповедного режима госинспектора Кавказского заповедника составляли протоколы. Два карабина, которые принадлежали как раз временно отсутствовавшим авторитетам, взял на себя родной брат премьера Тембот Кумпилов, тоже не последний человек в республиканском правительстве.

Далее события развивались по привычному в России сценарию с прогнозируемым хэппи-эндом. Главное, что каким-то чудом (хотя мы, материалисты, знаем, что чудес не бывает) удалось предотвратить возбуждение уголовного дела по факту незаконной охоты на территории заповедника. Как бывший директор Кавказского заповедника, должен заметить, что такой оборот стал действительно чудесным избавлением для кумпиловской бригады. Ведь нахождение с оружием приравнивается к охоте, даже если самой охоты  и не случилось. Поэтому незаконно находящихся на территории заповедника с оружием людей однозначно следует считать преступниками. Мурату Кумпилову, наверное, сильно пришлось постараться, чтобы его карьера не накрылась так позорно медным тазом в самом начале. Следует отметить, что специфический талант самого молодого премьера на Кавказе проявился в этом скандале в полную силу. Ему удалось выйти практически сухим из воды.  Министр природных ресурсов России грозно надувал щеки и грозил из Москвы пальчиком, правоохранители Хостинского района г. Сочи и сочинский прокурор дружно не заметили преступных деяний сразу по трем статьям Уголовного кодекса РФ. При этом участники конной прогулки (туристы, по мнению прокуратуры) отделались за административное правонарушение по статье 8.39 КоАП РФ (нарушение правил охраны использование природных ресурсов на особо охраняемых природных территориях) даже не штрафом, а всего лишь предупреждением. Кроме того, Мурата Кумлилова и Шамиля Туркава, как владельцев изъятого оружия,  постановлениями начальника МОБ ОВД по Хостинскому району г. Сочи привлекли еще и к административной ответственности по части 2 статьи 20.8 КоАП РФ – за нарушение правил хранения, ношения оружия и патронов к нему. К ним тоже в качестве наказания применили предупреждение.

Таким образом, участники незаконного похода отделались легким испугом. Очевидная польза от случившегося 6 лет назад скандала одна – республиканские чиновники на федеральную особо охраняемую природную территорию без особой нужды не суются.

Анализируя действия премьер-министра Республики Адыгея (не как человека, а именно как лица, занимающего государственную должность субъекта Российской Федерации) в июле 2009 года, приходится констатировать, что он в той истории, как минимум, превысил свои должностные полномочия. То есть, как указано в статье 286 УК РФ, совершил действия, явно выходящие за пределы его полномочий, повлекшие существенное нарушение прав и законных интересов Кавказского заповедника, охраняемых законом интересов общества и государства. Почему я рассматриваю Кумпилова в качестве должностного, а не физического лица? Здесь как раз всё просто. Согласно Конституции РФ,  государственную власть в субъектах Российской Федерации осуществляют образуемые ими органы государственной власти. При этом особо охраняемые природные территории находятся в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации. Заповедные Лагонаки находятся на территории Республики Адыгея, поэтому в компетенции органов исполнительной власти Адыгеи находится решение многих вопросов, связанных с функционированием Кавказского заповедника как учреждения. Да и учреждение заповедников в 2009 году, как и расширение их территорий, осуществлялось по представлению органа государственной власти субъекта Российской Федерации.

Следует уточнить, что превышение должностных полномочий Кумпилов допустил не тогда, когда путешествовал по заповедной территории без разрешения. Должностное преступление совершилось, по моему мнению, в тот момент, когда Кумпилов, козыряя своей должностью и высоким властным статусом, буквально вынудил наряд государственных инспекторов, дежуривших на КПП, пропустить его с группой на территорию заповедника без оформления пропусков, да еще с охотничьим оружием. Причем вынудил под угрозой увольнения и прочих репрессивных «прелестей», которые подразумевались в отношении инспекторов, проживающих на территории Адыгеи.

А ведь превышение должностных полномочий относится к категории коррупционных преступлений. Впрочем, выкрутиться в той ситуации без коррупционных механизмов также было невозможно. Так коррупционер Мурат Кумпилов или нет? Что по этому поводу думает Генеральный прокурор Российской Федерации?

Валерий Бриних, эколог